Разбуди в себе буддиста

Невероятная история, в которой житель Владивостока Дмитрий стал Дзисином в японском буддийском храме

Есть множество людей, кто хорошо знает Юрия Ивановича Волкогонова, научного сотрудника Приморской картинной галереи. Ещё больше тех, кто с ним совершенно не знаком. А вот я сейчас про него расскажу. Это определённо неординарный человек, и вся судьба у него такая же — особенная, ни на чью не похожая. 

С судьбой под ручку 

Юрий Иванович родился во Владивостоке. В 1981 году окончил Дальрыбвтуз. Восемь лет работал на научно-поисковых судах в ТУРНИФе. Жизнь шла привычным маршрутом, но тут пришли 90-е. Мало того, что перестройка, перестрелка, перекличка, так он ещё и работу потерял.

— Как раз в этот момент во Владивостоке открылась первая на Дальнем Востоке Тихоокеанская рыбная биржа. Объявили набор сотрудников, и не просто так, а через психологическое тестирование, причём платное. Три дня изучения, как сейчас помню, соискатели выкладывали по 120 рублей, — говорит Юрий Иванович. — Наверное, это того стоило. Потому что целая бригада психологов занималась нами по шесть-восемь часов.

Тестировали глубоко. Сказали, мы расскажем о вас такое, что вы себе даже представить не можете. Так и вышло. По итогам тестирования я узнал, что механик я только по профессии, а по своим внутренним ощущениям совсем нет, и работать мне нужно в гуманитарной области, в театре, например. Оказалось, у меня коэффициент воображения — 11 из 12-балльной шкалы! Плюс очень высокий показатель артистизма.

— А вы это про себя знали?

— Нет, конечно! Поэтому я в ответ только посмеялся. Сказал, что теперь понял, почему не ошибся с выбором супруги: артистическая душа подсказала! Жена у меня балерина, ГИТИС окончила, что в наших краях редкость.

На биржу меня не взяли, но я особо не расстроился и пошёл искать другую стезю — творческую. С учётом открывшейся информации о себе самом задумал организовать художественный салон.

— Вот это вы замахнулись!

— Сейчас я думаю, тогда меня как будто что-то вело. Я ведь первым делом пошёл за деньгами. К совершенно незнакомым коммерсантам. Человек с улицы. С амбициозным проектом на 50 тысяч рублей.

Ребята меня выслушали и говорят: вы для нас никто и ниоткуда, но ваши мысли нам нравятся. Денег не дадим, но можем замолвить за вас слово, если хотите поработать в картинной галерее. Так я попал в мир искусства.

Два инженера — одно искусство

И как пошло-поехало! Инженер-механик холодильных установок и — Приморская картинная галерея, «Дальарт», «Артэтаж»… И совсем уж фантастика — работа в команде с Глезером: как арт-менеджер и куратор выставок, как друг и помощник.

Кто не в курсе, Александр Глезер — всемирно известный галерист, из той ещё, далёкой и прекрасной «особой общности» под названием «советский человек». Это Глезер со товарищи в 1974 году организовывали вошедшую в историю московскую «бульдозерную выставку», которую власти раздавили бульдозерами и грузовиками, залили поливальными машинами. Это он, Глезер, вывез полторы сотни картин советских художников весом целую тонну во Францию и основал под Парижем Музей современного русского искусства в изгнании, а потом перебрался с ним в США.

Вот с этим уникальным человеком, который, к слову, по образованию тоже инженер, довелось работать Юрию Волкогонову — организовывать выставки, открывать миру имена будущих мэтров приморской живописи. На протяжении десяти лет, по семь месяцев в году он проводил в Нью-Йорке, среди выдающихся картин и легендарных людей — от Булата Окуджавы до Эрнста Неизвестного.

Мне кажется, Юрий Иванович сейчас и сам уже легенда нашего города, как и все великие, с кем свела его судьба.

Дзисин, любящая доброта

А вообще-то я совсем про другого человека собиралась писать. Про сына Юрия Волкогонова — Дмитрия, которому, как оказалось, кем-то на роду было написано стать… (ни за что не догадаетесь!) — буддийским монахом!

Представляете, парень из нашего города сегодня служит в храме Нёгандзи в Осаке. На всю Японию он единственный русский в таком статусе, и там он очень известный человек. Только зовут его не Дмитрий, а Дзисин, что означает «Любящая доброта и Истина». Это имя наш земляк получил во время церемонии посвящения в монахи.

Поговорить с самим Дмитрием, увы, не получилось. Уважаемый Дзисин в Осаке. Там его дом, работа, семья — жена и трое детей. Старший сын, девятилетний Юра, а по-японски Юри, сейчас гостит у бабушки и дедушки во Владивостоке, ходит в обычную школу, легко общается со сверстниками, как когда-то его папа в школе американской. В конце 90-х Юрий Иванович отправлял Дмитрия на несколько месяцев в Нью-Йорк — открывать мир.

НА ФОТО: Юрий с супругой и внуком Юри

— Как так: жена, дети? Монахам ведь нельзя жениться? — спрашиваю Юрия.

— В японском буддизме монахам не возбраняется создавать семьи. Такая уникальная особенность.

— Наверное, это специально задумано. Чтобы больше рождалось необыкновенных Волкогоновых! — говорю я.

Японией Дмитрий увлёкся ещё в школе. Сначала заинтересовался каллиграфией, потом айкидо. В семье удивлялись — разговоров об этой стране дома никогда не вели, никто там не был, даже отцу семейства, отдавшему много лет морю, ни разу не довелось заходить в японские порты. А что удивляться: парня судьба вела, не иначе.

После школы поступил в Восточный институт ДВФУ. Изучал язык и историю Японии. Диплом писал о том, что было по-настоящему интересным: о жизни и трудах великого японского монаха Кукая, основателя школы буддизма Сингон («Истинное слово»).

Для счастья нужно так мало

После окончания университета пошёл работать гидом. Однажды в группе туристов оказался крупный японский бизнесмен, который так впечатлился профессионализмом гида-переводчика, что сходу предложил стать управляющим ресторана японской кухни, который он собрался открыть во Владивостоке. Дмитрий согласился. Увы, японский общепит не выдержал конкуренции с китайским продуктом и вынужденно закрылся. Это снова был знак — идти дальше, к главной цели.

Дмитрия приглашали работать в международный отдел, но он отказался: не чувствовал в себе чиновника. Предпочёл вернуться в туризм. И ведь не случайно! Что-то его вело, как когда-то отца — с корабля да в галерею.

Однажды во Владивостоке пришвартовалась круизная «Принцесса», а с борта лайнера сошла прекрасная японская девушка, руководитель тургруппы.

Так Дмитрий познакомился со своей будущей женой, а потом и с её родителями. Оказалось, будущий тесть — настоятель храма Нёгандзи («Храм Исполнения Желаний»). Их семья уже почти сто лет управляет этим монастырём.

— Отец нашей невестки был очень удивлён, насколько хорошо Дмитрий знает японский язык. Особенно поразило, что он ещё и в буддизме разбирается, — говорит Волкогонов-старший.

Дальше была свадьба, учёба в монастыре Ниннадзи — в жесточайшем режиме, в постоянном напряжении души и тела. Японцы не выдерживали, бросали храм. Дмитрий остался.

— Как изменила вас учёба в монастыре?

— Я по-иному стал воспринимать мир, он наполнился для меня новыми красками, запахами, звуками. Я вновь ощутил, как прекрасен мир, в котором мы живём, каким количеством ненужных вещей окружает себя человек, хотя на самом деле ему так мало нужно для истинного счастья. (Дзисин-Дмитрий, из интервью на сайте «Красивая Япония»).

— Юрий Иванович, ваши семейные истории — это везение или предопределённость?

— Просто пазлы так складываются. Просить у судьбы каких-то примитивных коврижек в виде денег — толку не будет. А вот если ты духовными вещами озадачен и намерен трудиться, если ты мотивирован на что-то высокое, то Вселенная всегда помогает.

Вселенная, она разумная и духовная.