Шатко-валко с перевалкой

Находку девять лет «кормят» углём и обещаниями. Цвет настроения — чёрный

Приехать в Находку в феврале — это «достать чернил и плакать, писать о городе навзрыд, пока грохочущая слякоть весною чёрною горит». Только эти знаменитые пастернаковские строчки и приходят на ум, когда видишь любимый город в таком ужасном состоянии — перепачкавшимся угольной пылью, грязным, чумазым, точно какая-то вымирающая деревня-замарашка.

Чёрные-чёрные деревья, серые берёзоньки вдоль главной улицы и нескончаемые чёрные горы практически по всей береговой линии. Чёрные подоконники и чёрные лужи. Чёрный снег и дома в чёрных потёках. Чёрные лавочки у подъездов и дети в чёрных одеждах на замызганных детских площадках.

Здрасьте, я ваш фиброз!

Фасад, покрытый сажей, в районе «Лесной»

Уголь здесь нынче правит бал. Промзона рулит, наступает и, самое страшное, держит Находку в удушающих тисках. Со свежим воздухом в городе напряг. Представляю, каково астматикам, если я с банальной аллергией на пыль кашляла и откашливалась почти беспрерывно все три дня, что пробыла в Находке! Будучи человеком сильно впечатлительным, я просто физически ощущала, как сажа чернит мои лёгкие, как микроскопические, но дико острые угольные треугольнички терзают внутренности, как пыльная гадость разъедает глаза, забивается в кожу. Здрасьте вам, фиброз, некроз, бронхит, пневмония и, прости господи, антракоз — угольная болезнь шахтёров.

Такой жути не припомню за всё время, что знаю Находку. Впервые я приехала сюда в конце 80-х и влюбилась в город буквально с первого взгляда — так же, как в своего мужа, который родился и вырос здесь. Ради необыкновенной красоты Находки я даже готова была оставить родной Владивосток — не в тот же час, но в старости, чтобы навеки поселиться в этом райском местечке, у самого синего моря, которое вот оно, рядом, рукой подать. Наш уникальный Читувай, Золотари, Рица, Тунгус...

Сегодня я точно знаю — старость нужно встречать в другом месте. В Находке — не продышаться. Особенно людям пришлым, не адаптированным к враждебной экологической среде. К слову, мне показалось, местные не кашляют беспрерывно. И про уголь говорят с каким-то пугающим спокойствием. Или обречённым?

Мои родственники живут на Арсеньева. Чистюля-мама каждое утро вытирает подоконник на лоджии. Белая тряпка тут же становится грязнее грязи. Цвет настроения — чёрный.

Мама с осени до весны не вывешивает бельё на улице — иначе будет, как настроение. Вот потеплеет, сменится ветер, и тогда на Первом участке можно и вешать, и глубже и ровнее дышать. «Чистым, в кавычках, воздухом», — говорит мама. Ей 85, она перенесла онкологию, и её соседка тоже. Маму оперировали во Владивостоке, соседку — в Южной Корее, потому что в Приморье не смогли. Но рак — не из-за угля. Это вам любой дурак скажет.

— Я ежедневно убираю квартиру, но даже наш мощный моющий пылесос на раз не вытягивает. Воду приходится менять после каждой комнаты, вода — ужас какая чёрная, — рассказывает второй наш родственник.

Внимание! Говорит Находка

А вот что про это всё думают другие местные жители. Комментарии из соцсетей. Картина апокалиптическая.

— Мы на Астафьева уже больше 10 лет живём, как в гетто. Даже в лесу снег чёрный.

— В Южном ничуть не меньше пыли, чем на многострадальном Первом. Через неделю при проветривании максимум на час в день — окна чёрные. У всех нас вокруг такое.

— На Третьем тоже подоконники чёрные после проветривания. Слой угольной пыли.

— На нефтебазе и на КПД везде угольная пыль. Окна открыть невозможно! Страшно, чем мы дышим. Угольная катастрофа.

— У меня окна выходят прямо на бухту. Утром встаю и сразу смотрю в окно. Практически каждое утро угольная пыль на воде, и когда морозно было, и на шуге. С утра эту пыль разгоняют баркасы.

— Приморский бульвар, 5. Дышим угольной пылью с Приморского завода. Особенно зимой, летом ветер меняет направление.

— Дети в Находке уже в восемь лет мечтают, как они вырастут и уедут отсюда, потому что даже гулять негде и всё в угле.

— Сын-студент уехал учиться. Пишет с восторгом: «Мама, здесь белый снег в городе, много деревьев. Это удивительно, но мне хочется просто так ходить по улицам». Шлёт фото красоты. А я в это время в ужасе в который раз отмываю подоконник в нашей квартире на ул. Арсеньева.

— Значительная часть горожан лишена обыкновенного чистого воздуха. Это проблема номер один, от которой напрямую зависит здоровье и жизнь каждого человека.

— 300 раз уже отправляли видосики и фото верхам. Толку нет. Администрации пофиг вообще.

Вот это вы зря, горожане, — про бесчувственных чиновников. Они у нас просто очень доверчивые и априори верят профессионалам. Если те говорят, что замеры воздуха не показывают превышения уровня бреда, ой, загрязнения, значит, так оно и есть.

А вы, не лицензированные обыватели, просто ничего не понимаете. На самом деле всё хорошо: и рыба в Солёном не сдохла, она — уснула, и угольной пыли нет — она вам только снится. Спи, засыпай, Находка…» Про вечный сон — гусары, молчать!

Приезжайте, осьминоги, к нам на Астафьева 

Местные чины взахлёб рассказывают, как Находка семимильными шагами спешит в своё счастливое будущее, прирастает населением и новостройками, устойчиво развивается, создаёт комфортные условия жизни молодёжи, стремительно превращается в город-курорт, с главной фишкой в виде пафосного туристического променада под странным названием «Тропа осьминога».

К слову, кто-нибудь видел осьминогов, карабкающихся по лестницам, настилам и смотровым площадкам?! Или это такой особо тонкий стёб — представлять людей, идущих по тропе, головоногими моллюсками?! Хотя с угольным-то «камушком» в груди всякое может быть, да. А камушки эти в Находке повсюду. Вместо берега моря — сплошная промзона. Нескончаемые угольные склады, огромные чёрные кучи под открытым небом, и, кажется, до самого неба — пыль, пыль, пыль…

Уголь-бизнес покрыл Находку буквально сплошняком. На линии от мыса Астафьева до мыса Шефнера без устали пашут на благо города и горожан Находкинский морской торговый порт, «Терминал Астафьева», «Аттис Энтерпрайс», «Порт Восточные Ворота — Приморский завод». Мощности угольных погрузчиков находятся прямо под боком у обитателей улиц Астафьева, Пирогова, Арсеньева, Омской.

Я проехала по окрестностям. Это по-настоящему страшно. «Как вы здесь живёте?» — спросила случайного прохожего. «Вот так и живём — в аду. Терминалы работают самым адским образом. Да вы сами видите, как там пылит!»

Пылило и правда здорово, а точнее, совсем нездорОво. «А знаете, как мы узнаём, что это тамошние работники? — спросил мой собеседник. — У них чёрные лица? — Нет, у них чёрные машины. Они все выезжают после работы на этих своих одинаково выгвозданных углём авто».

Здание школы № 1 «Полюс» изначально было белоснежным, а не тёмно-серым, как сейчас…

Жуть, но буквально в сотне метров от границ площадки открытой угольной перевалки «Порта Восточные ворота — Приморский завод» находится бывшая «фазанка», а ныне Находкинский гуманитарно-технический колледж (ул. Пирогова, 17). Или норма в 1 000 метров санитарно-защитной зоны здесь уже не действует? Между тем, помимо колледжа, на Первом участке на расстоянии 600–700 м от границ перевалки расположены школа № 11 и детсад № 59.

Ещё я прошлась до школы № 1 «Полюс», которая рядом с угольбазой. Дорога к ней тянется мимо колонн запылённых серо-каре-зелёных ёлок. Это такой щедрый подарок городу от угольщиков. Ну, чтобы красиво и оздоравливающий хвойный дух. Может, и так, но я этого не почувствовала — слишком потрясена была видами этого угольного околотка. А потом увидела «Полюс» и совсем про ёлки забыла. Представьте себе, здание школы — странно чёрное, и это вовсе не его природный цвет! Раньше оно было белым и чистеньким. Смотрим фотографии — до и после. Кошмар.

На Крабовой та же беда. Подоконники черным черны. Дети и взрослые гуляют все в чёрном.

«Хочется светлое, розовое надеть, но тогда надо постоянно всё отстирывать, а это и время, и электричество, и вода, которые нынче очень дороги, — поделилась со мной мама двух ребятишек-дошкольников. — Зимой мы вообще у дома не гуляем, ходим на Болото, на МЖК, там снег более-менее белый. А у нас только грязь. На лавочку не сядешь, она вся чёрная. Вот смотрите, даже лужа — не лужа, а угольная жижа. Нам говорят, что это сажа с котельной летит, но тут нет кочегарок! Везде только перевалка угля. По правой стороне сплошная перевал-база».

Перевалка — закрытая. Дата — открытая

А вообще-то Находка уже пять лет должна жить с экологическим комфортом. В 2019 году губернатор Олег Кожемяко объявил, что к концу 2020 года все угольные компании должны перейти на закрытую перевалку угля. Кто этого не сделает, тех приостановят.

Потом вдруг появилась новая дата перехода на «закрытые рельсы» — конец 2022 года. С тех пор — молчок.

Жаль, что мальчик с говорящей фамилией Боль, который в 2017 году просил президента РФ решить проблему с угольной пылью в Находке, уже вырос в этой пыли и, наверное, уехал в другой город, где снег белый и есть где гулять. А больше никто про беду нашу угольную и не говорит. Управители лучатся оптимизмом. Всё хорошо, прекрасная маркиза! «Комплекс мер, которые городские власти предприняли за последние годы, сгладил ситуацию с угольной пылью в Находке» — замглавы Находкинского ГО, 25 апреля 2022 года.

Так и запишем для истории: в ХХ веке в Советском Союзе не было секса, в Находке в ХХI-м — угольной пыли.

А в это время…

Находкинская транспортная прокуратура с привлечением специалистов Росприроднадзора проверила морские угольные терминалы.

Выявлено «несоответствие программ производственного экологического контроля предприятий, отчётов об инвентаризации стационарных источников и выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух требованиям действующего законодательства». У двух организаций отсутствует положительное заключение государственной экологической экспертизы на документацию, обосновывающую хозяйственную деятельность во внутренних морских водах и территориальном море.

Установлено ненадлежащее содержание территорий морских терминалов по хранению угля.

Принято решение о возбуждении 25 дел об административных правонарушениях. Устранение нарушений – на контроле транспортной прокуратуры.