31 мая 2026, 12:00
Желтороссия. Проект, который лопнул
Краткая хроника создания дальневосточного «гибрида»
Несколько лет о практическом оформлении плана по созданию Желтороссии Россия ведёт аккуратные переговоры с Китаем и параллельно — непубличные дебаты в окружении российского самодержца. И после того, как эти синхронизированные процессы завершаются, начинается уже официальная история Желтороссии...
СТАРТ: больше, чем планировали?
Власти Китая, уже ослабленного междоусобными политическими разборками и экспансией европейских держав, почти во всём идут навстречу России. 3 июня 1896 года российское правительство подписывает с китайской стороной секретный договор, согласно которому получает право на строительство Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД) и полосу отчуждения под её возведение. Там Россия становится полновластным хозяином и приобретает право «безусловного и исключительного управления своими землями и сооружения на этих землях построек любого рода». Взамен Российская империя берёт на себя обязательство защищать китайскую территорию от возможной японской агрессии. Переговоры продолжаются, и спустя два года по российско-китайской конвенции 1898 года наше государство также получает в длительную аренду Квантунскую область (включая Порт-Артур) и право на строительство Южно-Маньчжурской железной дороги.
pinterest.com
Организовывать переезд переселенцев на территорию будущей Желтороссии Россия пока не планирует (ну это пока), а поток искателей счастья льётся сам по себе. И на строительство КВЖД, и в Порт-Артур, где уже обосновалась русская эскадра. Город буквально процветает! Он широко разбавлен иностранцами, и потому российские рубли ожидаемо теряют привлекательность. Порт-Артур — уже один из самых дорогих городов Юго-Восточного региона: за маленькую, тёмную и плохо обставленную каморку здесь платят «по 100 и больше американских долларов в месяц». По свидетельствам журналистов, «в городе имеются театр, военный и морской клубы, устроенные очень кокетливо, прекрасный ресторан, поставленный на широкую ногу... где рекой льётся шампанское и дорогие вина, сыплется золото и забывается, что вы находитесь на Дальнем Востоке на окраине Маньчжурии». Там же, на Квантунском полуострове, стремительными темпами сооружается порт и город Дальний, по замыслу министра финансов Сергея Витте — один из будущих главных центров мировой торговли и «мощный конкурент Сан-Франциско».
Весной 1898 года в Маньчжурии, в точке пересечения будущей КВЖД и реки Сунгари, инженер Адам Шидловский закладывает город Харбин — административный центр магистрали. Было: «место малоприглядное, сплошное топкое болото», а единственным близлежащим сооружением на берегу числился заброшенный после нападения хунхузов «завод по производству ханшина (водки)». Город возводился со скоростью, сопоставимой разве что с темпами ударных комсомольских строек времён СССР. Стало: громадный комплекс зданий управления дороги и правления Общества КВЖД, самые широкие и длинные на Дальнем Востоке проспекты, больницы и школы, жилые дома для служащих и рабочих дороги. А первым частным зданием «стал кафешантан «Бельвю», возведённый из ящиков, горбыля и пустых бочек грузином Гамартели, приехавшим на КВЖД из Нерчинского острога». Принадлежавшие государству здания «были кирпичными или каменными, имели центральное отопление и водопровод — казённым жильём и высоким жалованьем намеревались заманить в далекий азиатский край рабочую силу».
Так что, Желтороссии — быть? Ну как сказать. Потому что «силу» вроде заманили — но совсем не ту, что ждали...
МЯТЕЖ: никому не нужные разборки
Так уж совпадает по времени, но пока Россия строит Желтороссию, народ Китая переживает полосу нескончаемых стихийных бедствий, что влекут гибель посевов, небывалый рост цен на продовольствие и массовый голод. Как докладывает в Петербург финансовый агент в Китае Протасьев, сплошная череда неурожаев «сильно обострила нужду и поставила десятки тысяч туземцев в безвыходное положение. Эти несчастные перебрались на Квантун (к русским военным базам) в поисках заработка и принесли сыпной тиф...» К этим напастям добавилась ещё одна: по дорогам рыщут в поисках пропитания «шайки демобилизованных без всякого вспомоществования государства китайских солдат (хунхузы), грабивших и убивавших всех встречных». Так фактически начинается всенародное «восстание ихэтуаней», которые выступают «против иностранного вмешательства» (и российского тоже!), при этом «отрицают все достижения технического прогресса, появившиеся у других народов, и считают необходимым уничтожать всё, что завозилось извне».
Российская империя в составе единой военной коалиции с другими европейскими державами вынужденно ввязывается в подавление этого мятежа. И реализация проекта «Желтороссия» начинает заметно подтормаживать. Люди уходят воевать — и их уже не хватает. И потому делать ставку на заселение новых территорий «самотёком» уже нельзя. Российское правительство вынужденно приступает к разработке проекта переселения в Маньчжурию самых работящих и законопослушных своих граждан — старообрядцев. Для них предусматривается «полная свобода вероисповедания без ограничений в отношении совершения общественных молитв, богослужений, строительства часовен, храмов, устройства кладбищ», они «освобождаются от недоимок, а на новом месте и от уплаты прямых налогов», им «предоставляется право бесплатного пользования участками земли». В мае 1903 года этот закон вступает в силу, но средств на его реализацию нет! По той простой причине, что суммарные затраты на Желтороссию уже составляют примерно 450 миллионов рублей. А это много? Усреднённый коэффициент пересчёта царского рубля к рублю современному составляет примерно 1:1500–2000, вот и умножайте сами. Из этой умопомрачительной суммы только на «покрытие убытков, вызванных китайскими беспорядками» уходит 70 миллионов рублей, «...многотысячные массы китайцев с присущим этой нации упорством в течение почти двух месяцев, пока не подошли русские войска, уничтожали проложенную дорогу: ломали металлические и жгли деревянные сооружения, взрывали опоры мостов, расхищали рельсы и шпалы, топили в реках или пускали в пропасть подвижной состав... Из 1 300 вёрст уложенного железнодорожного пути 900 оказалось разрушено».
И это что, конец проекта? Ещё нет, но — почти... Потому что деньги у Российской империи пока есть. И не исключено, что худо-бедно на завершение проекта их бы могло хватить, кабы не новая напасть...
Участие в подавлении восстания ихэтуаней очень дорого обошлось России... russiainphoto.ru
ПРОВАЛ: «жёлтые» друзья как «жёлтая угроза»
Объективно говоря, Русско-японской войны могло и не быть. Ведь как выходит на самом деле? Япония наблюдает, как в сражениях с ихэтуанями Россия растрачивает силы и средства, — и делает ей предложение поделиться сферами влияния в Маньчжурии и на Корейском полуострове. То есть экономически и политически это выглядит обоснованным и разумным. Понятно, что в ходе переговоров какой-то частью Желтороссии пришлось бы поступиться, но ведь какую-то удалось бы сохранить! Однако Николай II недооценивает японцев, искренне их презирает и абсолютно не толерантно публично именует «макаками». Он абсолютно не готов к компромиссам и не желает поступиться даже пядью чужой заморской земли. Война так война, надерём япошкам задницу! Справедливости ради также можно допустить, что самодержец решает придерживаться заключённого между Россией и Китаем в 1896 году того самого договора, по которому он взял на себя обязательство защищать китайцев от японских агрессоров. Но это навряд ли. Потому что Япония на Китай пока не нападает — она атакует наш Порт-Артур. Так и начинается та самая бесславная война. Официальная пропаганда вынужденно переориентируется, и наши азиатские «жёлтые» друзья трансформируются в «жёлтую угрозу». Очень смешно! Но так понятнее и доступнее для народных масс: не будешь же каждому крестьянину объяснять, что азиатский китаец или кореец — всё ещё друг, а вот похожий на них внешностью японец — тот точно враг...
Такими аллегориями о коварном азиатском драконе начали пугать россиян с началом Русско-японской войны. Фото: russiainphoto.ru
Завершая эту войну, по итогам Портсмутского мирного договора Россия теряет Маньчжурию и Корею, так и не успев выстроить на этих территориях своё «жёлтое Эльдорадо». Мечта остаётся мечтой... Только она, эта мечта, оплачивается бюджетными триллионами, международным унижением для России и неминуемой Русской революцией. А Желтороссия? Как ни странно, но фактический провал проекта — пока ещё не провал! По итогам Второй мировой войны СССР вернёт себе часть утраченных заморских территорий. Однако государству рабочих и крестьян, проповедовавшему принципы социальной и общечеловеческой справедливости, эти «островки угнетения» были не нужны. Стремясь улучшить отношения с соседями (в том числе с той же Японией), лидеры СССР Сталин и Хрущёв последовательно вернули (а Японии продали) Порт-Артур, Дальний, весь территориальный и прибрежный Ляодунский полуостров, Харбин, а также КВЖД. И последние осколки Желтороссии необратимо разлетелись в прах...
